В своей статье, посвященной роману «Отцы и дети», критик Николай Николаевич Страхов анализирует судьбу Евгения Базарова не как социальное поражение, а как глубокую философскую трагедию. Фраза о том, что Базаров «побежден не людьми и не случайностями, а самою идеею жизни», содержит в себе несколько ключевых смыслов: 1. Несостоятельность теории перед лицом природы Базаров провозглашает нигилизм — учение, основанное на голом рационализме, отрицании эстетики, любви и духовности. Он воспринимает мир как «мастерскую», а природу — как ресурс. Однако жизнь в понимании Страхова — это стихийная, мощная и иррациональная сила.
- Идея жизни здесь — это сама естественная потребность человека в любви, красоте и вере, которую Базаров пытался в себе подавить.
- Оказалось, что «биологическая» теория Базарова не может объяснить его собственного душевного состояния, когда он влюбляется в Одинцову.
2. Смерть как высшее проявление жизни Смерть Базарова от случайного пореза при вскрытии трупа часто трактуется как нелепость. Но Страхов видит в этом глубокий символизм.
- Герой, считавший, что он может подчинить себе всё с помощью скальпеля и микроскопа, сам становится жертвой биологического процесса.
- Идея жизни включает в себя и смерть как обязательный финал. Перед лицом вечности и бесконечного мироздания все претензии «нового человека» на переустройство мира оказываются мелкими. Смерть примиряет Базарова с миром, который он отрицал.
3. Опровержение «механического» взгляда на человека Страхов подчеркивает, что Базаров — личность незаурядная и сильная. Именно масштаб личности героя делает его поражение столь значимым.
- Если бы Базарова победили «люди» (например, Павел Петрович в споре или на дуэли), это было бы поражение одной идеологии перед другой.
- Но Базаров выходит победителем из всех социальных стычек. Его ломает не общество, а фундаментальные законы бытия: неизбежность чувств, величие природы и таинство смерти.
4. Торжество «вечного» над «временным» Для Страхова «идея жизни» — это то, что связывает поколения. Базаров хотел разорвать связь времен («отрицать всё»), но жизнь доказала, что она сильнее любых теорий.
«Базаров — это титан, восставший против матери-земли; как бы он ни был силен, он только корчится в ее могучих объятиях», — таков смысл рассуждений критика.
Таким образом, по мнению Страхова, Тургенев показал не просто крах нигилизма как политического течения, а онтологическую хрупкость человека, который решил, что он выше законов мироздания. Жизнь «победила» Базарова тем, что оказалась бесконечно шире, глубже и таинственнее, чем его сухие материалистические представления о ней. Могу составить для вас таблицу-сравнение взглядов Страхова, Писарева и Антоновича на образ Базарова, чтобы увидеть разницу в восприятии героя ведущими критиками той эпохи.