«Мои бабушка и дедушка впервые приехали в Британию из Индии в 1962 году, чтобы работать на фабрике, так что я британская индианка в третьем поколении. Со своей семьей я говорю на гуджарати и обожаю ходить на огромные индийские свадьбы в общинном центре или принимать участие в празднованиях индуистских фестивалей, таких как Дивали, но у меня также много друзей и интересов за пределами общины. Недавно я слышала, что сегодня более трети жителей моего города, Лестера, являются мигрантами либо мигрантами во втором или третьем поколении. Таким образом, он станет первым городом в Великобритании, где этнические меньшинства составят большинство!» Рупа, 16 лет. «Когда люди спрашивают меня, откуда я, я отвечаю, что я британка, хотя у меня китайское происхождение. Раньше я жила в маленьком городке, и ко мне немного придирались из-за того, что я выглядела иначе, но теперь я живу в Ньюхэме в восточном Лондоне — это самое культурно разнообразное место в Соединенном Королевстве. В школе половина учеников говорит на английском как на втором языке. Наши соседи из Польши. Они приехали в Британию со своим 15-летним сыном сразу после того, как Польша вошла в состав ЕС». Ли, 17 лет. «Мои родители родом с Ямайки, но они живут в Англии с юности. Я родился и вырос в Бирмингеме, Англия. Когда в конце 1940-х первых выходцев с Карибских островов пригласили приехать в Британию на работу, было довольно много расизма, и карибцам было трудно найти высокооплачиваемую работу. В наши дни карибская община — одна из самых интегрированных в Британии. Расизм, конечно, не исчез совсем, но достаточно посмотреть, как много сейчас смешанных браков и как много карибцев во втором и третьем поколении стали именами, известными каждому благодаря телевидению, чтобы понять, насколько сильно все изменилось». Джером, 18 лет.